Дулатов Мыржакып (1885–1935 гг.)

Ду­латов Мыр­жа­кып (Мир-Якуб) – ве­ликий по­эт, пи­сатель, пуб­ли­цист, прос­ве­титель-пе­дагог, во­шел вмес­те с А. Бу­кей­ха­новым и А. Бай­тур­сы­новым в ту трой­ку, ко­торая обоз­на­чила ве­ху воз­рожде­ния на­ци­ональ­но­го са­мосоз­на­ния ка­захов в ХХ ве­ке. Он ро­дил­ся 25 но­яб­ря 1885 го­да в се­ле Са­рыко­па Кус­та­най­ской об­ласти. В сво­ем крат­ком опи­сании детс­тва пи­сал: «Про­ис­хо­жу из Сред­ней Ор­ды, ро­да Ар­гын, 2-х лет от ро­ду ли­шил­ся ма­тери, 12 лет – от­ца. Ког­да мне ис­полни­лось 8 лет, отец от­дал ме­ня на обу­чение ауль­но­му мул­ле, че­лове­ку край­не не­вежест­вен­но­му. Не пом­ню, сколь­ко вре­мени учил­ся у не­го, знаю толь­ко то, что кро­ме за­учи­вания арабс­ких мо­литв ни­чему не на­учил­ся». За­тем он два го­да учит­ся в сель­ской шко­ле на русс­ком и ка­захс­ком язы­ках, еще два го­да – в русс­ко-ка­захс­ком учи­лище и по­луча­ет зва­ние учи­теля сель­ской шко­лы. Обу­чал ауль­ных де­тей. Ча­сы до­суга пос­вя­щал са­мо­об­ра­зова­нию, мно­го и жад­но чи­тал кни­ги ка­захс­ких, русс­ких, ев­ро­пей­ских и вос­точных ав­то­ров. Пер­вый сти­хот­ворный опыт был на­печа­тан в пер­вом но­мере ка­захс­кой га­зеты «Сер­ке» в Пе­тер­бурге. «Сер­ке» наз­ва­ние стран­ное для русс­ко­го уха и при­выч­ное для ка­захс­ко­го, стос­ко­вав­ше­гося в за­кован­ном в гра­нит го­роде по при­воль­ным степ­ным прос­то­рам: сер­ке – во­жак, вы­водя­щий заб­лудшую овечью ота­ру в бу­ран на до­рогу. М. Ду­латов пуб­ли­ку­ет в «Сер­ке» страст­ное сти­хот­во­рение «К мо­лоде­жи».

Пер­вое соб­ра­ние сти­хов «Оян, ка­зак», выш­ло в 1909 го­ду, сра­зу ра­зош­лось и бы­ло пе­ре­из­да­но в 1911 го­ду. За­голо­вок кни­ги пос­лу­жил ма­нифес­том, при­зывом к на­роду то­го по­коле­ния ин­телли­ген­тов на­чала ХХ ве­ка, од­ним из ве­дущих вдох­но­вите­лей ко­торо­го Мыр­жа­кып Ду­латов счи­та­ет­ся по пра­ву. В 1911 го­ду сбор­ник «Оян, ка­зак» был кон­фиско­ван, — как от­ме­тил сам ав­тор, — глав­ным уп­равле­ни­ем по де­лам пе­чати. Сма­гул Сад­ва­касов в пре­дис­ло­вии к кни­ге «Мо­лодой Ка­захс­тан» (1928) пи­сал: В на­чале это­го сто­летия по­яв­ля­ют­ся пер­вые пос­ле­дова­тели Абая. К ним мож­но при­чис­лить ны­не жи­вущих А. Бай­тур­сы­нова, М. Ду­лато­ва, М. Жу­маба­ева. Пер­вый ро­ман на ка­захс­ком язы­ке под наз­ва­ни­ем «Ба­кыт­сыз Жа­мал» («Нес­част­ная Жа­мал») вы­шел в 1910 го­ду. Ав­то­ром его яв­ля­ет­ся вы­ше­упо­мяну­тый М. Ду­латов. Ро­ман опи­сыва­ет жизнь уг­не­тен­ной ка­захс­кой жен­щи­ны, про­дава­емой, как вещь, за ка­лым и имел ог­ромный ус­пех, дос­та­вив ав­то­ру не­быва­лую сла­ву.

Боль­шое зна­чение при­давал Ду­латов соз­данной, как он счи­та­ет лишь бла­года­ря са­мо­от­вержен­но­му тру­ду и уме­лому ру­ководс­тву А. Бай­тур­сы­нова, га­зете «Ка­зах», вы­пол­нявшей роль об­щест­вен­но-по­лити­чес­ко­го из­да­ния, и про­сущест­во­вав­шей до ок­тября 1918 го­да. Жиз­ни и твор­чест­ву А. Бай­тур­сы­нова он пос­вя­ща­ет позд­нее очерк (1922). Ак­тивно сот­рудни­чал в 1911 го­ду Мыр­жа­кып и в пер­вом ка­захс­ком жур­на­ле, где по­яви­лись его расс­ка­зы и сти­хи. В 1915 го­ду вы­ходит сбор­ник сти­хов под об­щим наз­ва­ни­ем «Тер­ме». Пос­ле Ок­тябрь­ской ре­волю­ции М. Ду­латов ра­бота­ет в раз­личных ре­дак­ци­ях, про­дол­жа­ет пи­сать, за­думы­ва­ет труд (ос­тался не­завер­шенным) по ис­то­рии ка­захс­ко­го на­рода. В 1928 го­ду он был арес­то­ван, си­дел два го­да в тюрь­ме, за­тем был сос­лан в Со­ловец­кий ла­герь, где и умер 5 ок­тября 1935 го­да. Жи­вы чет­ве­ро вну­ков (Ди­нар, Нур­лан, Жа­нат, Ер­лан) де­ти его до­чери Гуль­нар, вра­ча по про­фес­сии.

Жизнь и твор­чест­во М. Ду­лато­ва тес­но свя­заны с пар­ти­ей «Алаш» и пра­витель­ством «Алаш Ор­ды». Мыс­ля­щие лю­ди, и в их чис­ле М. Ду­латов, не мог­ли ос­тать­ся в сто­роне от про­цес­са ко­лони­зации, ког­да в край нах­лы­нула по во­ле царс­кой ад­ми­нист­ра­ции, бо­лее 1,5 млн. пе­ресе­лен­цев, ко­торым бы­ли пе­реда­ны луч­шие зем­ли. Для вы­хода из соз­давшей­ся си­ту­ации они счи­тали не­об­хо­димым из­ба­вить­ся от бес­куль­турья, не­вежест­ва, са­мо­ус­по­ко­ен­ности и по­кор­ности, про­будить в на­роде стрем­ле­ние к прос­ве­щению, на­уке, предп­ри­им­чи­вос­ти. Здесь они бы­ли про­дол­жа­теля­ми прос­ве­тите­лей XIX ве­ка.

На­ходясь в тюрь­ме на доп­ро­се в 1929 го­ду в от­вет на об­ви­нение в «на­ци­она­лиз­ме», он по­яс­нил: «Мы хо­тим, что­бы на­ше оте­чест­во при­над­ле­жало нам». М. Ду­латов рез­ко выс­ту­пал про­тив ре­фор­ми­рова­ния арабс­ко­го ал­фа­вита, счи­тая язы­ковую ре­фор­му средс­твом ра­зор­вать свя­зи на­рода с его пись­мен­ной ис­то­ри­ей. Это по­ложит на­чало по­тере род­но­го язы­ка, от­чужде­нию на­рода от собс­твен­ной ис­то­рии. Он ост­ро по­чувс­тво­вал ли­цеме­рие тог­дашних дек­ла­раций о яко­бы «го­сударс­твен­ном ста­тусе» ка­захс­ко­го язы­ка и вся­чес­ки ста­рал­ся отс­та­ивать пра­ва ка­захс­ко­го язы­ка и ре­лигии.

Да­же пе­ред неп­ра­вед­ным су­дом он не скло­нил го­ловы и за­явил в пос­леднем сво­ем офи­ци­аль­ном сло­ве: «Ра­ди бу­дуще­го сво­его на­рода я обя­зан де­лать все воз­можное. Ес­ли я заб­лужда­юсь, то вмес­те с на­родом… Ра­но или позд­но, ис­ти­на вос­торжест­ву­ет».

И се­год­ня, вновь при­дя к нам, Мыр­жа­кып Ду­латов про­дол­жа­ет сто­ять на по­зици­ях тру­дово­го на­рода. И те­перь уже нав­сегда ос­та­нет­ся с ним.