Майкы Би Манулы (кон.XII – сер. XIII вв.)

Май­кы – из­вест­ный би, по­эт, имп­ро­виза­тор, ро­дона­чаль­ник на­ци­ональ­но­го ора­торс­ко­го ис­кусс­тва и инс­ти­тута би­ев. Мол­ва гла­сит: у ис­то­ков цель­но­го сло­ва толь­ко один че­ловек, а имен­но – Май­кы би.

С детс­тва Май­кы, сын Ма­на, был хро­мым, ви­димо, по­это­му его и наз­ва­ли Май­кы. К то­му же од­но­го из его ле­ген­дарных пред­ков то­же зва­ли Май­кы. В ка­захс­ких ле­топи­сях Май­кы Ма­нулы опи­сыва­ет­ся как не­за­уряд­ная лич­ность. Сов­ре­мен­ник и со­вет­ник Чин­гисха­на, он об­ла­дал боль­шим умом, вы­соким ин­теллек­том, при­нимал муд­рые и спра­вед­ли­вые ре­шения. Его на­зыва­ли ав­то­ритет­ным че­лове­ком, аулие, он мог прог­но­зиро­вать со­бытия, предс­ка­зывать судь­бы лю­дей.

В ис­точни­ках имя Май­кы упо­мина­ет­ся в чис­ле 12 предс­та­вите­лей 12 ро­дов про­возг­ла­сив­ших Чин­ги­са ха­ном, под­няв его на бе­лой кош­ме. Со­бытие это, как пред­по­лага­ет Абай, про­изош­ло в 1206 го­ду воз­ле гор, впос­ледс­твии наз­ванных Чин­гисс­ки­ми, са­мая вы­сокая вер­ши­на ко­торых зо­вет­ся «Ханс­кой». Ког­да сын Чин­гисха­на Джу­чи го­товил по­ход на За­пад, то пра­вое кры­ло сво­их вой­ск он до­верил Май­кы как опыт­но­му пол­ко­вод­цу и ба­тыру.

Май­кы би был пре­дан сво­ему на­роду, и хо­тел для не­го луч­шей жиз­ни. Его жиз­ненны­ми це­лями бы­ли единс­тво, не­зави­симость, це­лост­ность и сог­ла­сие стра­ны. По ле­ген­дам Май­кы би раз­де­лил ка­захов на три жу­за, вок­руг ко­торых объеди­нились ка­захс­кие ро­ды. Жуз, ко­торый возг­ла­вил Уй­сун, наз­ва­ли Боль­шой или Стар­ший. Ка­бану­лы Бо­лат­ка­жи возг­ла­вил Сред­ний жуз, а Ко­гаму­лы Ал­шын – Млад­ший. Од­но­го из ха­нов-но­гай­цев – Ах­ме­та (Ала­ша-ха­на) – сде­лали ха­ном трех жу­зов. В эти объеди­нения вош­ли предс­та­вите­ли 40 ро­дов. Май­кы би вы­сек на нас­каль­ных кам­нях зна­ки – там­ги. Эти сим­во­лы по­лучи­ли три жу­за. Уй­су­нам вру­чили «зна­мя», ар­гы­нам – «глаз», то­му, кто дол­жен был пер­вым ид­ти на вра­га, Ал­шы­ну – «копье». Так­же там­ги бы­ли роз­да­ны всем со­рока ро­дам. Эти кам­ни в ис­то­рии ос­та­лись под наз­ва­ни­ями «Май­кы тан­ба­сы» («Зна­ки Май­кы») или «Ну­ра тан­ба­сы» («Зна­ки Ну­ра») в честь мест­нос­ти, где они бы­ли вы­сече­ны.

У Май­кы би бы­ло мно­го де­тей. Он был не­дово­лен сво­ими сы­новьями Узы­ном и Кор­ты­ком. Силь­но удив­ленный Май­кы го­ворил: «Ког­да от пло­хих рож­да­ют­ся хо­рошие де­ти – мож­но по­верить с тру­дом. Бы­ва­ют слу­чаи, ког­да и от хо­роших рож­да­ют­ся пло­хие, от ко­торых не­чего взять». В це­лом, по его мне­нию, от пло­хих рож­да­ют­ся пло­хие, а от хо­роших – хо­рошие, за ред­ки­ми слу­ча­ями. От бес­чувс­твен­ных – вов­се ту­пые, от ни­чего не ви­дящих, не за­меча­ющих – сле­пые и то­му по­доб­ное:

От ска­куна ро­дит­ся во­роной,
От со­кола ро­дит­ся со­кол.
От сок­ро­вен­но­го столь же цен­ный,
А от без­дель­ни­ка обу­за лен­ный.
Ро­дит­ся от обу­зы дар­мо­ед,
От не­пос­лушно­го – бал­бес, не­сущий бред.
От пар­ши­вого ро­дит­ся пле­шивый,
От ску­пого ро­дит­ся скря­га.
От сле­пого ро­дит­ся нез­ря­чий,
От бол­ту­на же пус­то­меля ро­дит­ся,
А от гу­ляки ро­дит­ся бро­дяга.
Отк­ло­нения, счи­тал Май­кы би, мо­гут быть очень ред­ко.

Сре­ди на­рода ос­та­лось зна­читель­ное ко­личест­во выс­ка­зыва­ний и афо­риз­мов Май­кы. К при­меру, о фе­номе­не влас­ти он выс­ка­зывал­ся так: «У кам­ня нет кор­ней, а у ха­на нет род­ни». Но: «Ес­ли с ха­ном ря­дом бу­дет муд­рый бий, то и по су­ше прой­дет ко­рабль». К бий­ству мо­гут при­мазы­вать­ся и не­чис­топлот­ные лю­ди: «Упа­си гос­подь те­бя по­пасть в ла­пы судьи-взя­точ­ни­ка». «Ес­ли та­ковые по­падут­ся, то они са­ми ум­но­жат тяж­бы и спо­ры».

Сам Май­кы, как би, участ­во­вал в спо­рах, воз­ни­кав­ших меж­ду жу­зами. Он всег­да ссы­лал­ся на на­род­ные пос­ло­вицы и из­ре­чения. При этом пре­выше все­го ста­вил единс­тво на­рода. По мне­нию Май­кы, го­сударс­твен­ные объеди­нения долж­ны уп­равлять­ся по на­род­ным тра­дици­ям и обы­ча­ям. Да­же в дав­но за­бытых тра­дици­ях за­ложен оп­ре­делен­ный смысл.

Не толь­ко ка­захи, но и уз­бе­ки, та­тары, баш­ки­ры, ка­ракал­па­ки то­же счи­та­ют Май­кы сво­им би­ем. Прос­тился со све­том Май­кы би, ког­да ему бы­ло 120 лет.