Сураншы Батыр (1815–1865 гг.)

В яр­кой пле­яде ка­захс­ких ба­тыров XIX ве­ка вид­ное мес­то за­нима­ет Су­ран­шы ба­тыр, по­томок прос­лавлен­но­го Ка­расай ба­тыра, из пле­мени Шап­рашты. Зна­мени­тые акы­ны Же­тысу Су­юн­бай и Жам­был вос­пе­ли его в ге­ро­ичес­ком эпо­се «Су­ран­шы ба­тыр»:

Су­ран­шы в уте­сах жил.
Он с ор­ля­тами дру­жил.
Серд­це бар­са в ль­ви­ном те­ле
Су­ран­шы род­ной но­сил.
По­том­ки Ка­расая – сплошь ба­тыры,
Уст­ро­ив­шие вра­гу смерть и ад.
Слу­хи о ге­ро­из­ме Су­ран­шы, Са­уры­ка
Быст­рее вет­ра по сте­пи ле­тят!

Су­ран­шы Акын­бе­кулы ро­дил­ся в 1815 го­ду в ауле Кар­га­лы Вер­ненс­ко­го уез­да. Его пра­дед Турк­пен и дед Да­улет – зна­мени­тые ба­тыры XVI­II ве­ка, от­важные во­ена­чаль­ни­ки, за­щищав­шие на­род и отс­та­ивав­шие зем­лю свою в жес­то­ких схват­ках с джун­га­рами. Су­ран­шы ба­тыр, по­доб­но де­дам сво­им, бо­рол­ся за сво­боду и не­зави­симость на­рода, не жа­лея ни сил, ни жиз­ни сво­ей.

Во вто­рой по­лови­не XVI­II ве­ка об­ра­зова­лось мощ­ное Ко­канд­ское ханс­тво, ко­торое прос­ти­ралось от Па­мира до ре­ки Или. Воз­ле круп­ных го­родов ко­канд­цы пост­ро­или кре­пос­ти, в ко­торых жи­ли на­мест­ни­ки ха­на – бе­ки. Кре­пос­ти ох­ра­нялись мно­гочис­ленны­ми сар­да­рами – го­лово­реза­ми. На­мест­ни­ки ха­на бра­ли с ка­захов на­логи, взи­мали дань ско­том и про­доволь­стви­ем. Прос­то­люди­ны гну­лись под не­посиль­ным бре­менем ко­канд­ско­го ига.

В 1858 го­ду про­изош­ло круп­ное восс­та­ние ка­захс­ко­го на­рода про­тив ко­канд­цев. Возг­ла­вил его Су­ран­шы ба­тыр.

Став­ленни­ки ха­на Ку­ди­яра при­зыва­ли на­род к по­вино­вению. Им вто­рили не­кото­рые прид­ворные акы­ны. Нас­то­ящие же акы­ны, та­кие как Су­юн­бай, зва­ли на­род к борь­бе. Они при­зыва­ли мо­лодежь примк­нуть к от­ря­дам Су­ран­шы ба­тыра. До­казы­вая сло­во де­лом, Су­юн­бай акын сам во­ору­жа­ет­ся, са­дит­ся на ко­ня и ста­новит­ся не­из­менным по­пут­чи­ком и со­рат­ни­ком Су­ран­шы ба­тыра, ос­во­бодив­ше­го тер­ри­торию Же­тысу. Доб­лест­ные сар­ба­зы Су­ран­шы ба­тыра прог­на­ли вой­ско ха­на Ку­ди­яра за пре­делы сво­ей зем­ли. Аулие-ата (го­род Та­раз), Мер­ке, Чу вздох­ну­ли сво­бод­но. Ведь ра­нее на ба­зарах этих го­родов про­дава­ли ка­захов в рабс­тво, мо­лодые кра­сивые де­вуш­ки яв­ля­лись жи­вым то­варом.

О храб­рости и на­ход­чи­вос­ти Су­ран­шы ба­тыра го­ворит и та­кой факт. Пос­ле смер­ти дво­юрод­но­го бра­та, ба­тыра Са­уры­ка, быв­ше­го нам­но­го стар­ше Су­ран­шы, кир­гизс­кий хан Ор­ман учас­тил на­беги на со­сед­ние ка­захс­кие аулы. Что­бы за­доб­рить Ор­ма­на, ста­рей­ши­ны пле­мени Шап­рашты пос­ла­ли к не­му де­лега­цию с двад­цатью во­роны­ми ино­ход­ца­ми и с де­вятью верб­лю­дами, наг­ру­жен­ны­ми по­дар­ка­ми. Ор­ман не взял да­ров, над­ру­гал­ся над пос­ланни­ками, отп­ра­вив их пе­шими без одеж­ды че­рез пе­ревал. Уз­нав об этом, мо­лодой Су­ран­шы соб­рал 40 джи­гитов и стал наб­лю­дать за аулом Ор­ма­на, вы­жидая удоб­ный слу­чай. Од­нажды кир­гизс­кий хан пос­лал в Ак-бе­кет ка­раван за зер­ном. По возв­ра­щении ка­рава­на джи­гиты Су­ран­шы ба­тыра подс­те­рег­ли его у Ки­чи-Ке­мина. Они уве­ли гру­женый зер­ном ка­раван верб­лю­дов, взя­ли в плен сы­новей ха­на Ор­ма­на Абы­ла и Жан­тая, ма­напов. Прос­то­люди­нов же, соп­ро­вож­давших ка­раван, от­пусти­ли. Че­рез них Су­ран­шы ба­тыр пе­редал при­вет ха­ну Ор­ма­ну с пре­дуп­режде­ни­ем: «Ес­ли в три дня не при­дете с по­вин­ною, от­рублю ва­шим сы­новьям го­ловы». Вспо­лоши­лись кир­ги­зы. Хан отп­ра­вил лю­дей к Су­ран­шы с бо­гаты­ми да­рами. Но Су­ран­шы не поз­во­лил да­же приб­ли­зить­ся им к сво­ему аулу. Тог­да Ор­ман хан, на­дев на шею хо­мут, обер­ну­тый кош­мою, при­полз на ко­ленях и со сле­зами про­сил Су­ран­шы по­щадить сво­их сы­новей и ма­напов. С со­бою он приг­нал 180 от­борных ко­ней, 900 ба­ранов и ка­раван с да­рами. Толь­ко пос­ле это­го Су­ран­шы ос­во­бодил плен­ни­ков, на­пом­нив им о со­де­ян­ном…

С при­ходом в Ка­захс­тан и Сред­нюю Азию русс­ких, Су­ран­шы ба­тыр участ­во­вал в бо­ях с ко­канд­ца­ми за ос­во­бож­де­ние юж­ных го­родов: Шым­кента, Тур­кеста­на, Таш­кента. В 1861 го­ду в Же­тысу про­ник ко­канд­ский став­ленник Ка­нагат шах. В Узун-Ага­че сос­то­ялась бит­ва, в ко­торой Су­ран­шы ба­тыр сра­жал­ся в чи­не пра­пор­щи­ка. Вмес­те с на­чаль­ни­ком Ала­та­ус­ко­го ок­ру­га под­полков­ни­ком Г. А. Кол­па­ковс­ким они изг­на­ли со­рока­тысяч­ное вой­ско Ка­нагат ша­ха.

В 1865 го­ду Г. А. Кол­па­ковс­ким и М. Г. Чер­ня­евым был взят го­род Таш­кент. Су­ран­шы ба­тыр не до­шел до них. Он сра­жал­ся за ос­во­бож­де­ние го­рода Сай­рам. Этот бой для не­го ока­зал­ся пос­ледним. Ко­вар­ные вра­ги за­мани­ли ба­тыра в вы­сокую баш­ню. По­няв, что ока­зал­ся в ло­вуш­ке, Су­ран­шы ба­тыр ска­зал пре­дан­но­му дру­гу Са­рыбаю: «Нам не спас­тись те­перь. Ес­ли ос­та­нешь­ся жив, по­ез­жай на ро­дину и по­ведай ка­захам о на­ших де­яниях». Ска­зав это, доб­лест­ный Су­ран­шы ба­тыр схва­тил дру­га в охап­ку и вы­кинул за вы­сокую сте­ну.

Са­рыбай ба­тыр, нес­мотря на сло­ман­ное бед­ро, до­шел до сво­их, и при­вел вспо­мога­тель­ный от­ряд. Но бы­ло уже позд­но. Ко­канд­цы пе­реби­ли нем­но­гочис­ленных сар­ба­зов вмес­те с Су­ран­шы ба­тыром. По это­му по­воду в «Во­ен­ном вест­ни­ке» № 5 за 1865 год бы­ло на­печа­тано: «В Сай­рамс­кой бит­ве воз­ле кре­пос­ти Чим­кент по­гиб, про­явив бесп­ри­мер­ное му­жест­во, на­род­ный ге­рой, пра­пор­щик Су­ран­шы Ха­ким-бек…»

Упор­но соп­ро­тив­лявше­еся Ко­канд­ское ханс­тво, на­конец, па­ло. Ка­захс­кие сар­ба­зы по­бедо­нос­но возв­ра­тились в Же­тысу.

Тра­ур­ный кор­теж мед­ленно дви­гал­ся по нап­равле­нию к Ала­тау. Груст­но раз­ви­вал­ся флаг с вол­чи­цею. Тул­пар Су­ран­шы ба­тыра Ак­ту­як без гри­вы и хвос­та, с сед­лом, ус­та­нов­ленным за­дом на­перед, по­нуро сле­довал за мерт­вым хо­зя­ином. Ни в од­ном ауле не ос­та­нав­ли­вал­ся тра­ур­ный ка­раван, как бы ни про­сили. Толь­ко в без­водной сте­пи лю­ди от­ды­хали и подк­реп­ля­лись пи­щей. День и ночь еха­ли они и дос­тигли от­ро­гов род­но­го Ала­тау. Ра­дость и го­ре сме­шались. Не­навист­ных ко­канд­цев, не да­вав­ших спо­кой­но жить не од­но­му по­коле­нию ка­захов, разг­ро­мили в пух и прах. Но ка­кой це­ной! Нет в жи­вых Су­ран­шы ба­тыра! Пять раз в день со­вер­шал на­маз Са­рыбай би, и ког­да на­зывал имя Су­ран­шы ба­тыра, сле­зы ли­лись ручьем по ли­цу. Го­лову его кам­нем кло­нило к зем­ле, и не в си­лах под­нять ее, с тя­желым вздо­хом шеп­тал: «Барс мой, не уви­дев­ший воп­ло­тив­шей­ся меч­ты сво­ей!» Три ра­за в день тул­пар Ак­ту­як ти­хо ржал, под­жав жи­вот и ози­ра­ясь вок­руг, ис­кал сво­его хо­зя­ина, не­заб­венно­го Су­ран­шы ба­тыра…